Приветствую Вас Гость | Группа "Гости" | RSS

Количество дней с момента регистрации: . 


Четверг, 23.11.2017, 14:19
Главная » 2010 » Сентябрь » 30 » Егор Бычков. Нижний Тагил. Наркоторговцы победили?
12:10
Егор Бычков. Нижний Тагил. Наркоторговцы победили?


Город Нижний Тагил Свердловской области известен корупированностью правоохранительных органов и ужасающей наркоситуацией. С 2000 года благодаря постоянным обращением Фонда в Генеральную прокуратуру РФ по УРФО удалось как-то переломить ситуацию и в 2005 году по Депутатскому запросу Генеральная прокуратура РФ по УРФО обнаружила в г. Н-Тагил порядка 140 (сто сорок!) незаконно прекращенных и приостановленных уголовных дел в отношении наркоторговцев.
В 2006 году в городе Нижний Тагил был создан Фонд «Город Без Наркотиков» на момент создания руководителю фонда Бычкову Егору исполнилось 18 лет.
В период с 2006 по 2008 год Фондом совместно с правоохранительными органами было проведено более 200 операций против наркоторговцев в результате чего смертность в г. Нижний Тагил от употребления наркотиков сократилась вдвое.
В силу того, что в Н-Тагиле огромное количество наркоманов, возникла необходимость в реабилитационном центре. Инициаторами создания реабилитационного центра по Благословению Архиепископа Екатеринбургского и Верхотурского Викентия, выступил один из самых уважаемых священников, Благочинный Горнозаводского округа о. Геннадий (Ведерников) и Руководитель Н-Тагильского Фонда «Город без Наркотиков» Бычков Егор.
Через некоторое время центр был разгромлен сотрудниками милиции и прокуратуры г. Н-Тагила. Реабилитантов обязали дать показания что их похитили из дома и удерживают насильно в корыстных целях в ходе судебного следствия эти показания подтверждения не нашли и были опровергнуты самими «потерпевшими». Однако это не помешало прокуратуре Дзержинского района г. Н-Тагила запросить руководителю фонда Егору Бычкову 12 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.
http://egor-bychkov.livejournal.com/
http://roizman.livejournal.com/990453.html
http://roizman.livejournal.com/991542.html
Маленкин рассказал:
"Закончился процесс. Егор сказал последнее слово. Напряжение максимальное. Прокурор Корниенко теребит руки, прикусывает нижнюю губу и пытается дословно записать все обвинения в свой адрес.
Егор сказал по существу. Коротко и ясно. В зале было много народу и все - со стороны защиты. Ни одного потерпевшего или его представителей не было".
Вот, что сказал Егор:
"Уважаемый суд! Уважаемые участники процесса! Мое выступление – это последняя возможность четко и коротко обозначить свою позицию по данному уголовному делу.
Я считаю, что все озвученные прокуратурой обвинения не нашли подтверждения в том уголовном процессе.
Остановлюсь на некоторых моментах меня поразивших.
На стадии предварительного следствия были проведены дополнительные допросы потерпевших, главной целью которых было указать, что договоры на пребывание в Центре подписывались недобровольно, под давлением. Это, кстати, сами потерпевшие и свидетели в суде опровергали. Если принять логику прокуратуры, то заключение каких бы то ни было договоров – действие бессмысленное. Ставил подпись, не ставил, желал находиться в Центре, не желал – все это не имеет значения. Получается, из Гражданского кодекса вообще нужно убрать понятие «договор» - потому что это понятие превращается в НИЧТО простым желанием следователя Колганова написать в протоколе допроса: «Подписывал под давлением».
Не стоит забывать, что инициаторами реабилитации потерпевших были родители, просившие и умолявшие спасти их детей. Это родители приходили в офис, оформляли договора, платили деньги. Считаю это существенным моментом, который нужно учитывать.
Стоит отметить вопиющие факты давления со стороны следствия в адрес потерпевших и свидетелей. Чего только стоят угрозы подкинуть наркотики священнику Геннадию Ведерникову. Факты этого сильнейшего давления свидетельствуют о том, что это дело направлено отнюдь не на защиту прав потерпевших, а носит репрессивный характер, с целью любыми путями пресечь деятельность Фонда.
Стоит отметить, что ни один потерпевший сам не обратился в прокуратуру. Их искали, убеждали, пугали, забирали из дома по указанию прокуратуры.
Напомню, что потерпевших доставляли в суд судебные приставы. Почему они сами не являлись? Допустим, меня бы «похитили», «истязали», «били». Я, естественно, захотел бы наказать своих обидчиков. Почему я должен прятаться, если речь идет о восстановлении справедливости? А что же потерпевшие? Их собирали целый год. Один из них, Лебедев, сбежал прямо из здания суда перед допросом. Только вдумайтесь: не подсудимый, а ПОТЕРПЕВШИЙ, для защиты чьих интересов и проводится этот процесс.
Доставленные в суд принудительно потерпевшие заявляли, что никаких претензий не имеют и не хотят наказания подсудимым. Вопрос: кому нужен этот процесс, если тем, чьи права, казалось бы этот процесс должен защитить, т.е. потерпевшим, он не нужен? Для любого здравомыслящего человека понятно, что здесь защищаются отнюдь не права наркоманов, а интересы людей, имеющих доход с наркоторговли.
Вернусь к тому факту, что двое потерпевших, Разумов и Лебедев, не ушли во время первой прокурорской проверки. По мнению прокуратуры, «боялись преследования со стороны Фонда». Абсурд. Если, как утверждает прокуратура, их похитили, истязали и били, они должны были бы без раздумий уйти из Центра. Но они этого не сделали. Логично сделать вывод, что они не Центра боялись, а , наоборот, сотрудников прокуратуры. Если бы обвинение было правдой, любой из нас, находясь на месте этих реабилитантов, непременно покинул бы Ребцентр. О каком удержании может идти речь, если даже сотрудники милиции, несколько часов уговаривающих реабилитантов проехать с ними, не смогли забрать этих реабилитантов с собой.
Если бы была цель их удерживать, наверное, мы хотя бы решетки на окна поставили, железные двери, и ,ясное дело, не вывозили бы их на футбол, купание, шашлыки, баню, спортзал.
У всех, кто наблюдал за этим процессом, вызывали печальную улыбку те попытки прокуратуры хоть как-то натянуть свою позицию. Чего только стоит попытка опровергнуть неопровержимое, для всех очевидное, а именно сам факт работы и существования Фонда. О несостоятельности обвинения говорит и много других фактов:
- Это откровенное хамство и угрозы со стороны обвинения
- Заявление об изменении меры пресечения в связи с тем, что я пишу о процессе в своем интернет-блоге.
- Допрос статистов, участвовавших в опознании, признанным недопустимым доказательством. Вообще абсурд. По логике гособвинителя получается, что можно, в нарушение УПК, принципиально не приглашать адвокатов на следственные действия, даже в отношении несовершеннолетних. К чему утруждать себя работой и следовать букве закона, когда можно просто привести в суд статистов.
- Допрос понятой, (смысл участия которой – своей независимостью и беспристрастностью подтвердить законность следственного действия). А прокуратура вызывает в суд понятую, которая полтора года проходила практику в той же Дзержинской прокуратуре и исполняла поручения всех следователей и, естественно, после практики получила положительную характеристику.
- Допрос сотрудника Дзержинского НОН (приглашенный прокуратурой с целью опровергнуть факт совместной работы с Фондом). Всех, кроме прокуратуры, смутило то обстоятельство, что этот сотрудник начал работу уже после возбуждения уголовного дела и прекращения активной деятельности Фонда. Подтвердить отсутствие совместной работы гособвинитель с данным свидетелем пытались заявлением, что бывшее руководство НОН не сообщало о совместной работе. Конечно, не сообщало, потому что прошлое руководство отдела по наркотикам Дзержинского РОВД отбывает наказание в местах лишения свободы. И неудивительно за что – за наркотики.
- Ходатайство о допросе сектаната, охранявшего в суде потерпевшего Разумова. Сектанта той самой тоталитарной секты, один из ребцентров которой в пригороде Тагила закрывали сотрудники ФСБ.
- Обман стороной обвинения Общественной палаты РФ( о сотрудничестве Фонда с правоохранительными органам), который мы расцениваем как фальсификацию доказательств и служебный подлог.
И многое-многое другое…
Если бы наша вина была очевидной, всей этой бесполезной шелухи, только дискредитирующей Дзержинскую прокуратуру, не было бы.
Или утверждение гособвинителя: «Нет оснований не доверять словам потерпевших». Простите, а что, у прокуратуры есть основания не доверять словам священника? А тем, чья жизнь состоит из обмана, преступлений, наркотического угара – им, по мнению прокуратуры, стоит доверять. Парадокс. Поподробней остановлюсь на личности потерпевших. Все они наркоманы. А кто такой наркоман? Это человек, который врет, грабит, ворует, убивает, а сам кайфует. Большинство наших потерпевших ранее судимы: кражи, грабежи, наркотики, вымогательства, изнасилования. Один потерпевший вообще признался, что продавал наркотики, в том числе сотрудникам милиции. И показания этих сомнительных личностей ложатся в основу нашего обвинения. Ситуация дикая. К примеру, потерпевший Самсонов утверждал в суде, что бросил наркотики за неделю до Ребцентра, однако, выяснилось, что уже через несколько месяцев после закрытия Центра, Самсонов получил свою третью судимость(за хранение наркотиков). Потерпевший Демин вообще находился в Федеральном розыске за совершение преступления. И только усилиями данного суда его доставили в этот процесс. В сопровождении сотрудников милиции и избитого. С большой долей вероятности можно предположить, что в обмен на показания против Фонда, ему пообещали помочь положительно для него решить вопрос по его делу. Конечно, «нет оснований не доверять словам потерпевших». Некоторые потерпевшие в суде поясняли, что на следствии давали показания в состоянии наркотического опьянения, и что эти показания не достоверны. Странно, что прокуратуру не смущают эти обстоятельства и она готова доверять человеку в состоянии наркотического опьянения, нежели тем показаниям, которые давались непосредственно в суде.
Все эти потерпевшие, как и любые другие наркоманы, опасны для общества. Прокуратура защищает преступников, хотя общество, как раз наоборот, нуждается в защите от этих «потерпевших». И задача прокуратуры защищать жителей нашего города от этих людей. А вместо этого, в течении двух лет, вся страна наблюдает этот преступный фарс.
К вопросу об истязаниях. Не буду долго останавливаться на этом вопросе. Адвокат Удеревская подробно обосновала несостоятельность обвинения по данной статье. Обвинение строилось на нелепом утверждении: «Наркоманы испытывали чувство голода». Во-первых, у нас полстраны испытывает чувство голода. Во-вторых, потерпевшие до Ребцентра кроме героина ничего не ели. В –третьих, потерпевшие на питание не жаловались, поправлялись, проще переносили абстинентный синдром. А целесообразность этой диеты подтвердили врачи.
Еще один упрек со стороны гособвинения: «Наркоманы испытывали страдания в связи с резким прекращением приема наркотиков». Т.е. нас обвиняют в том, что мы не давали наркоманам колоться. Если бы мы их обеспечивали героином, они бы кайфовали, а употребив наркотики они бы точно не задумывались о чувстве голода и следовательно, в истязаниях нас не обвинить. Абсурд!
Большинство наших потерпевших с утра до ночи ползает по подъездам, не едят и не умываеются. А гособвинитель задает им вопросы про раздельное питание. Прокурору не приходит в голову мысль, что при любом питании, если они будут продолжать колоться, они умрут со дня на день.
Если больного диабетом оставить без инсулинового шприца – он умрет. Если наркомана оставить без шприца – он выздоровеет.
И еще. Когда они колятся, прокуратуру абсолютно не волнует, умрут эти люди или нет. ЕЕ не волнует, что они кушают в этот период. И не является ли истязанием такой их образ жизни для них самих и для их близких родственников.
Ситуация с разгромом Ребцентра напомнила мне о спасении утопающих. Когда утопающего вытаскивают из воды, его же за волосы тянут. Если спроецировать на нашу ситуацию, получается следующее: Человека спасают от неминуемой гибели единственно возможным способом. Появляется прокуратура и говорит: - Мы вас посадим. – За что? Мы же его спасали? – Да, но вы же его за волосы тянули!
Существование Ребцентра и Фонда не выгодно только наркоторговцам и коррумпированным сотрудникам милиции. Наркоторговцы аплодируют прокуратуре. Ни одним наркоторговцем так не занимались, как занимаются нами. Если бы силы, направленные на нас, были бы направлены на наркоторговцев, их бы давно не было.
То, что прокуратура запросила для меня 12 лет лишения свободы – это общественно-опасное событие, подрывающее гражданскую инициативу и институт общественных организаций. Прокуратура добивается того, что больше никто и никогда в этом городе не захочет противостоять наркоторговле и наркомании. Ведь никто не хочет за проявление своей гражданской позиции сидеть в тюрьме.
Также хочу отметить, что мы, подсудимые, более 2-х лет находимся на подписке о невыезде и за это время не совершили никаких правонарушений. Чего не скажешь о потерпевших.
Я не понимаю, чем я опасен для общества и почему меня надо посадить на 12 лет. Или прокуратура борьбу с наркотиками считает опасным для общества?
Предположим, Фонд продолжил бы свою работу. За прошедшие 2 года, которые мы провели в прокуратуре и в суде, было бы проведено огромное количество операций против наркоторговцев, в следствие чего, как это и было на пике нашей работы, в городе снизилась бы смертность от передозировок и количество уличных преступлений. Я считаю, что заглушить деятельность Фонда – это преступление со стороны прокуратуры. Я считаю, что прокуратура совершила общественно-опасное деяние. Что сделано: Фонд не работает, реабилитировать, по-прежнему, негде. Наркомания и преступность в городе процветает.
Безусловной победой прокуратуры является то, что я больше никогда не буду заниматься реабилитацией наркоманов. С уверенностью заявляю, что Реабилитационного Центра Фонда «Город без наркотиков» в Тагиле не будет никогда. Пусть реабилитацией занимается государство, за что так сетует прокуратура. Пусть занимаются сектантские ребцентры, коих развилось огромное множество. Потому что мне хватило за последние 2 года ощутить на себе всю мощь государственной машины по борьбе с гражданскими инициативами.
Отмечу, что общественное мнение по этому процессу абсолютно однозначно: «преследование Фонда инициировано коррумпированными сотрудниками правоохранительных органов, отстаивающих интересы наркоторговцев. И возбуждено это дело вследствие эффективной работы Фонда». А это очень важный момент. Ведь даже президент Медведев призывает учитывать и опираться на общественное мнение.
Ваша честь! Я надеюсь на независимость и непредвзятость суда. Надеюсь, что суд учтет все обстоятельства дела и вынесет справедливое решение".
В Свердловской области наблюдается положительный пример борьбы с наркотиками
Просмотров: 2049 | Добавил: Constantin | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 1
1  
МОЛОДЕЦ!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]