Приветствую Вас Гость | Группа "Гости" | RSS

Количество дней с момента регистрации: . 


Пятница, 09.12.2016, 08:46
Главная » 2016 » Май » 16 » Минский процесс как элемент стратегии «умного сдерживания» России от экспертов фонда Маршалла
00:02
Минский процесс как элемент стратегии «умного сдерживания» России от экспертов фонда Маршалла


11 мая в Берлине прошел уже 12-й раунд переговоров в «нормандском формате» по урегулированию военного кризиса на Донбассе. Каких-либо существенных результатов он не принес. Минский процесс не дает ни выхода на завершение конфликта путем выполнения условий соглашения, ни замораживания самого конфликта по модели Приднестровья. Последний вариант казался самым желательным большинству «миролюбивых» российских экспертов в 2015 году.

А пока на переговорах в «нормандском формате» сблизить позиции сторон по политическим аспектам не удается. Каждый остается при своем. Россия настаивает в первую очередь на выполнении политических условий Минских договоренностей в той последовательности, которая в них прописана: конституционная реформа по децентрализации, принятие законов об амнистии и процедуре проведения выборов, проведение выборов и лишь потом передача контроля над границей Киеву. Украина настаивает на военном урегулировании до проведения выборов и передаче под контроль границы, по крайней мере, специальной миссии ОБСЕ. Для Киева вопрос контроля над границей остается ключевым и первостепенным в последовательности выполнения Минских договоренностей.

Выдвинутый еще в ноябре 2015 года на первый план вопрос о выборах на Донбассе не решается. Выборы на Донбассе уже трижды переносились в ДНР и ЛНР— сначала с октября на февраль, затем с февраля на апрель, а затем с апреля на июль.

Теперь их придется вновь переносить, что выглядит уже смешно.

Минские соглашения не продвигаются, но и официального отказа от их выполнения нет. Сейчас в Берлине министр иностранных дел Украины Павел Климкин пригрозил заморозить Минский процесс. На самом деле, он озвучил то, что уже фактически есть. Заморожен не конфликт на Донбассе Москвой, а выполнение Минских соглашений Киевом. Неофициально «замороженные» эти Минские соглашения скоро нужно будет продлевать на 2017 год.

Москва и Киев могут обвинять друг друга в саботаже выполнения Минских договоренностей. Так называемая АТО тем временем на Донбассе продолжается в виде вялых военных действий в позиционном режиме.

Партнеры России по «нормандскому формату» в свою очередь не признают нарушения Минских договоренностей Украиной. В ЕС говорят об очередном продлении санкций до их полного выполнения, при этом не обращая внимания на то, кто же их нарушает. Подобное отношение связано с тем, что США и их союзники рассматривают Минские договоренности не как условие замирения с Россией, а как средство сдерживания России при подготовке условий для ее поражения. Патовая ситуация сама по себе является неприятным состоянием для любого игрока, но в конкретном случае с Минскими договоренностями мы уже наблюдаем под «патом» определенную стратегию Запада, которую не мешало бы подробней рассмотреть. Последние экспертные публикации на Западе подтверждают, что увязанные с санкциями Минские договоренности являются элементом уже единой стратегии Запада в его конфликте с Россией.

10 мая 2016 года т. е., накануне очередного тура переговоров «нормандской четверки», т. н. «Трансатлантическая академия» опубликовала экспертное заключение под названием «Россия. Тест на трансатлантическое единство». Несмотря на столь претенциозное название учреждения, за которым чудится нечто несерьезное, «Трансатлантическая академия» все-таки на деле является исследовательским институтом, объединившим ученых гуманитариев и внешнеполитических экспертов по «обе стороны Атлантики». «Трансатлантическая академия» была создана в 2007 году на основе партнерства германского Фонда Маршалла в США (GMF) и германского ZEIT-Stiftung Эбелин и Герда Буцериусов. Позднее к организации в 2008 году присоединились Robert Bosch Stiftung и Lynde and Harry Bradley Foundation и Fritz Thyssen Stiftung в 2011 году. Очевидно, все эти солидные спонсорские организации, в большинстве случаев из Германии, и финансируют экспертную активность «Трансатлантической академии». На практике в идеологическом плане эта экспертная организация связана с теми европейскими кругами, которые ориентируется на «трансатлантическое единство» — военно-политический союз ЕС и США.

29-ти страничный текст «Россия. Тест на трансатлантическое единство», состоящий из 13-ти очерков, подготовили десять авторов. Показателен национальный состав этого авторского коллектива: Нелли Бабаян (Freie Universitat Berlin), Мари Мендрас (Парижская школа международных отношений), Крис Миллер (Йельский университет), Эндрю Моравчик (Принстонский университет); Ульрик Шпек (колумнист Neue Zürcher Zeitung), Ангела Стент (Джорджтаунский университет), Ганна Адомаит (Варшавский кампус Европейского колледжа), Маргарет Кляйн (Stiftung Wissenschaft und Politik, Берлин), Стефан Мейстер (Германский совет по международным отношениям), Марек Менкишак (Центр восточных исследований, Варшава). Коллектив авторов состоит из экспертов из США (меньшинство), и экспертов из старой и новой Европы (большинство).

Далее перейдем к пересказу содержания экспертного заключения «Россия. Тест на трансатлантическое единство». Отметим сразу же, что в предлагаемой экспертами «умной стратегии» сдерживания России ключевую роль играют заведомо невыполнимые Минские соглашения и их обратная сторона — антироссийские санкции. Поддержание санкционного режима, с точки зрения авторов, играет ключевую роль в победе над Россией. Санкции опасны для России не только своим экономическим воздействием, но и демонстрируемым евроатлантическим единством Запада. Распад санкционного режима, с точки зрения авторов, означал бы предел успешной попытке «возрождения» Запада.

Авторы доклада «Россия. Тест на трансатлантическое единство» исходят из положения, что конфликт России с Западом имеет геополитический характер. В качестве «Запада» в докладе понимаются: Европейский союза с его государствами-членами, Соединенные Штаты, Канада, Япония и другие европейские члены НАТО. Авторы считают, что Россия после «аннексии» Крыма и действий на Украине «представляет реальную угрозу для ценностей открытого общества и европейского порядка». Россия якобы несет «цивилизационную угрозу» Западу, поэтому борьба подразумевает глубокую идеологическую составляющую.

Цели России в ее конфликте с Западом:

1. Россия стремится, чтобы Запад признал ее претензии на преобладание на постсоветском пространстве. На практике это означает ограниченный суверенитет для соседей России и российское право «вето» на их возможность выбирать в пользу Европейского союза и НАТО.

2. Россия стремится положить конец тому, что она воспринимает в качестве стратегии Запада по поддержке «цветных революций», направленных на смену режимов.

3. Россия стремится утвердить себя в качестве контр-модели, как она представляет, «декадентствующему» Западу. Москва оспаривает концепцию «универсальных ценностей» либерального мира.

4. Россия стремится усилить свое влияние в Европе и Соединенных Штатах, подрывая их единство по Украине, ослабляя способность Европейского союза эффективно действовать. Она подрывает их трансатлантическое сотрудничество в области безопасности. Россия представляет повышенный вызов безопасности в Европе «провокационной военной деятельностью», направленной на членов и партнеров НАТО.

Возможности России в конфликте с Западом:

1. Они выгодно определяются размером России, единством принятия решений, ее ядерным арсеналом, модернизированными вооруженными силами, постоянным местом в Совете Безопасности ООН, богатыми природными ресурсами, а также российскими возможностями в киберпространстве. На настоящий момент Россия является одним из трех самых способных кибер-государств.

— Хотя российские военные силы по-прежнему значительно уступают НАТО, Россия остается доминирующей военной державой на постсоветском пространстве и может проецировать свое могущество в его окрестностях.

— Россия остается ядерной сверхдержавой и может использовать свои ядерные силы для проецирования силы. Российские чиновники все чаще говорят о возможности ограниченной ядерной войны, что остается мощным инструментом запугивания.

— Россия является ведущим мировым производителем нефти и газа. Несмотря на то, что падение цен на нефть, сланцевая революция, а также альтернативные источники энергии уменьшили российскую способность использовать энергетику, чтобы диктовать условия торговли, тем не менее Россия сохраняет рычаги влияния на части Восточной и Юго-Восточной Европы, а также в целом на ЕС, продолжая осуществлять поставки 30%, необходимого Европе газа.

— Россия использует контролируемые государством средства массовой информации для оправдания и прикрытия своих действий за рубежом. Россия продолжает использовать деловые, интеллектуальные и другие сети, которые часто уходят корнями в советскую эпоху, но адаптированы к современности в качестве инструментов влияния в Европе и Евразии.

— России выступает в качестве «спойлера», используя свое право вето в ООН, вынуждая Запад заниматься с ней глобальными вопросами.

В итоге, несмотря на то, что возможности России ограничены, ее способность дестабилизировать окрестности и за их пределами, не следует недооценивать.

2. Возможности России ограничены из-за недиверсифицированной и подрядной экономики, демографического спада, коррупции и неспособности строить.

Цели Запада в отношении России:

1. Россия должна принять государственный суверенитет, территориальную целостность и вариации зарубежной политики ее соседей на постсоветском пространстве, не использовать военные средства для угрозы своим соседям. Постсоветские государства должны иметь возможность свободно выбирать свою собственную международную и внутреннюю политику, в том числе, по части европейской интеграции.

2. Россия должна выступать «конструктивным партнером» Запада по другим региональным и глобальным проблемам, таким, например, как ситуация в Сирии и Ливии.

3. Россия должна надежно поставлять энергию в Европу по прозрачной и открытой рыночной схеме.

4. Россия должна «хорошо управляться» и оставаться плюралистически и экономически открытой, уважать «права человека».

Авторы доклада признают, что последние два десятилетия политика США и их европейских партнеров по стимулированию модернизации российской экономики и государственного устройства не увенчалась успехом. Соединенные Штаты и большинство европейских правительств пришли к выводу, что они мало, что могут сделать, чтобы повлиять на эволюцию внутреннего строя России.

Эксперты «Трансатлантической академии» исходят из того, что:

1. Напряженность в отношениях России с Западом, скорее всего, продолжится в течение ближайших нескольких лет.

2. Россия, вероятно, продолжит оказывать давление на своих соседей, с тем чтобы удержать их от осуществления их «суверенного выбора» во внутренней и внешней политике.

3. Кремль будет продолжать пытаться подрывать трансатлантическое единство по такому вопросу, как санкции.

4. Попытки России провалятся, если Запад останется в рамках единого трансатлантического действия и окажет постоянную поддержку надлежащему управлению в таких странах, как Украина, Молдова и Грузия, и осуществит тесную координацию между европейскими столицами, институтами ЕС и Вашингтоном.

Уязвимости Запада в конфликте с Россией.

Западные страны имеют общие основные интересы в отношении России, но представляют собой разнообразный набор демократических стран с различными географическими и экономическими интересами, разной стратегических культурой, а также различным историческим опытом отношений с Россией, что ограничивает их способность действовать в едином ключе. Для Европы кризис беженцев стал серьезной проблемой. Твердая позиция Меркель все чаще оспаривается, и если ЕС и США хотят, чтобы Берлин проводил сильную линию по отношению к России, политики, подкрепляющие позиции Меркель внутри страны и на международном уровне, имеют важное значение и должны поощряться.

Спорные вопросы между Россией и Западом.

В ближайшей перспективе наиболее спорными вопросами между Россией и Западом, вероятно, будут: Украина и восточные соседи ЕС, сирийская война, экономические и энергетические отношения.

Россия и Запад преследуют существенно разные цели в Сирии.

Россия и Запад по-прежнему расходятся относительно правил, регулирующих энергетические рынки. Европейский газовый рынок, который остается фрагментированным и непрозрачным, позволяет России извлекать большие доходы за экспорт своего газа и использовать энергетику для достижения политических целей. Тем не менее, усилия ЕС создать энергетический союз добились больших успехов в последние годы.

Хотя военное вторжение России на Украину остановлено, Кремль сохраняет свою приверженность подрыву постмайданного правительства в Киеве. Россия разворачивает широкий спектр инструментов против Украины, в том числе, кибератаки, торговые санкции, разворот энергетических потоков, дезинформацию, свои давние отношения с украинскими олигархами. Экономические и прочие невоенные рычаги против Украины дают потенциальное преимущество России и не могут вызвать немедленную реакцию Запада.

Европейский союз и Соединенные Штаты стремятся стабилизировать Украину и другие страны восточного партнерства ЕС. Это требует экономической и технической помощи. Дальнейшие политические потрясения в регионах за пределами Украины, скорее всего, будут потенциально обострять существующие разногласия между Россией и Западом. Замороженные конфликты могут взорваться и вызвать новые столкновения.

Что нужно делать Западу, чтобы победить Россию.

Основной проблемой для Соединенных Штатов и Европы в течение следующих нескольких лет станет поддержка их успешного сотрудничества и единого фронта против России из-за кризиса на Украине. Поддержание режима санкций необходимо в отсутствие серьезного и ощутимого прогресса в осуществлении Минских соглашений.

Давление со стороны некоторых стран-членов ЕС, чтобы начать ослаблять санкции, учитывая разные стратегические концепции по отношению к России и экономические интересы, которые способствуют торговле и инвестициям. Выборы и референдумы в ряде крупных европейских стран могут изменить политическое отношение к России. Избирательная кампания в США продемонстрировала изоляционистскую риторику сразу у нескольких популярных кандидатов. Существует неопределенность в отношении внешней политики следующей президентской администрации США. Победа Дональда Трампа может привести к сближению США с Россией, что поставит под сомнение будущее трансатлантического альянса.

Политическая борьба в Киеве и медленный прогресс в деле реформ создают настроения «усталости от Украины» на Западе. Со стороны правительств и международных организаций отсутствует готовность тратить деньги и другие ресурсы на Украину из-за конкурирующих приоритетов.

Несмотря на то, что санкции ЕС, скорее всего, останутся в силе до конца 2016 года, вполне возможно, что единство ЕС не будет держаться в декабре при очередном продлении санкций, особенно если Европа вынуждена будет противостоять новым региональным кризисам или очутится перед лицом внутренних разногласий.

Возможно, что некоторые западные страны могут начать ослаблять режим санкций. Если Брюссель действительно начнет ослаблять санкции, а Вашингтон не сможет воспрепятствовать этому, то дело вернется к предпочтительному варианту для России — отношениям в Европе с отдельными государствами на двусторонней основе.

Рекомендации «Трансатлантической академии»:

1. Поддерживать западное единство, продолжать нынешнюю трансатлантическую стратегию, подразумевающую плату европейцев США своими потерями от санкций в обмен на уверенность европейских союзников в своей безопасности, которую гарантируют им американцы.

2. Продолжать настаивать на осуществлении Минска, поддерживая условную связь между санкциями против России и выполнением Минского процесса.

3. Продолжать режим санкций. Подготовить планы ужесточения санкций на случай непредвиденных обстоятельств с тем, чтобы воспрепятствовать России дальнейшие наступательные военные действия, сообщить о них руководству России.

4. Поддерживать санкции по Крыму, пока статус полуострова не будет решен в рамках международного права.

5. Рассматривать Украину в качестве долгосрочной инвестиции в европейскую стабильность. Для этого западные правительства должны продолжать уделять приоритетное внимание поддержке программы украинского правительства по реструктуризации экономики, по проведению политических и правовых реформ.

6. Работать со странами восточного соседства ЕС, развивая их возможности безопасности и пограничного контроля. Западная поддержка стран Восточного партнерства должна продолжаться и даже расширяться в обмен на материальные политические и экономические реформы. Тем не менее, ее обусловленность следует дифференцировать и адаптировать к местным условиям. Запад должен более активно участвовать в переговорах по разрешению так называемых замороженных конфликтов. Евросоюз должен также придумать серьезное предложение для своих восточных соседей, в том числе, перспективы членства в ЕС.

7. Продолжить дипломатическое взаимодействие с Россией по проблеме сирийской войны: Соединенные Штаты должны поддерживать свои переговоры с Россией, чтобы не допустить непредвиденных военных инцидентов. Трансатлантические партнеры должны работать с Россией, чтобы привести противоборствующие стороны в Сирии за стол переговоров.

8. Не взаимодействовать с Россией ради одного участия. Новый диалог должен начаться лишь в том случае, если имеются конкретные и конструктивные предложения с ее стороны.

9. Инвестировать средства в обучение нового поколения западных экспертов по России. После распада СССР страны Запада резко сократили поддержку российских исследований.

10. Продолжить поддержку «гражданского общества» в России путем активизации контактов в области образования, профессиональных и других обменов.

Применительно к конфликту на Украине установить приоритеты в Минском процессе.

То, как Минский процесс в настоящее время интерпретируется, он вряд ли будет реализован в полной мере. Запад должен установить приоритеты:

1) реализовать соглашение о прекращении огня на Донбассе;

2) добиться согласия на выборы на Донбассе в соответствии с законодательством Украины. Выборы станут свободными и справедливыми, а не просто узаконят контроль российских прокси сил;

3) вернуть контроль над границей властям в Киеве.

В краткосрочной перспективе только экономические санкции вряд ли заставят Россию выполнить все эти шаги, особенно в отношении границы. Но Запад должен согласиться на выборы на Донбассе или реинтеграцию этой территории в украинскую политику только при условии, что пророссийские силы больше не будут играть там главную роль.

А тем временем особое внимание следует уделить сохранению европейской ориентации Украины, укреплению ее внутренней стабильности и ограничению российского влияния в Киеве. В долгосрочной перспективе Западу следует принять целесообразные меры по укреплению реформаторов на Украине, но в краткосрочной и среднесрочной перспективе — придерживаться сложных компромиссов между продвижением реформ и достижением политической и экономической стабильности. Краткосрочный приоритет Запада заключается в оказании помощи Украине, чтобы она оставалась платежеспособной, стабильной и суверенной в условиях внутреннего и внешнего экономического стресса, российского политического и экономического давления, военных угроз и нерешенных политических конфликтов. Силы реформ являются недостаточными на Украине. Кроме того, политическое и экономическое выживание элит часто зависит от сопротивления реформам. Сравнительный опыт свидетельствует о том, что в условиях, когда реформаторы не являются сильными, а из-за международных интересов безопасности стран-доноров и внешней обусловленности это обычно приводит к официальному принятию программ и мер реформ с последующим отказом от их реализации перед лицом народного недовольства и оппозиции в элитах. Было бы пагубным для Запада отказаться от Украины, либо вести ее к краху в попытке заставить проводить реформы. В интересах Запада продолжать финансирование Украины в течение некоторого времени даже без надежды на удовлетворительные реформы в ней.

В целях укрепления сил, выступающих за реформы, лидеры ЕС должны послать сигнал общественности Украины, что двери в ЕС для Украины открыты, как только она станет отвечать критериям членства в ЕС.

Целью поддержки Запада являются реформы, чтобы сделать Украину самодостаточной как государство, так и ее экономику. Затраты на поддержку Украины значительны, но они малы по сравнению с затратами на тот случай, если Украина дополнительно дестабилизируется. Это обусловлено тем, что проект евразийской интеграции России имеет на самом деле геополитическую направленность на создание российского стратегического контроля над постсоветским пространством. Благодаря своему размеру, потенциалу и исторической близости к России, Украина воспринимается как ключевая страна для реализации этого проекта.

В то время, как аннексия Крыма была успешной для Кремля, повысив народную поддержку режиму Путина в России, Москва потерпела неудачу в достижении своих стратегических наступательных целей на Украине. Сейчас Россия не изменила своей цели в отношении контроля над Украиной, она только изменила тактику и инструменты. Целью России остается сорвать процесс интеграции Украины в Европу и проведение реформ, основанных на европейских стандартах. Успешная трансформация Украины будет представлять проблему для Москвы, дав альтернативную модель развития и интеграции в Восточной Европе, что в конечном счете подорвет легитимность режима Путина. Поэтому мы должны ожидать долгую стратегическую игру по Украине.

Свободной, стабильной и процветающей Европы не будет без успешной европейской трансформации Украины, что, в свою очередь, проложит дорогу для возможного будущего преобразования России. Для подобных стратегических целей трансатлантическая координация политики имеет важное значение.

В борьбе с Россией Запад должен использовать стратегию «умного сдерживания».

Крупнейшие российские угрозы в регионе Восточной Европы имеют экономический и политический, но не военный характер. Возможность того, что Путин направит военный удар по остальной части Украины, по Латвии или Польше, остается малореальной в сравнении с гораздо большей опасностью, что прозападные политики на Украине и в других соседних странах рухнут сами собой, чему будет способствовать политическое и экономическое давление России.

Пока западная реакция на действия России по сути была надежной и эффективной, а западное единство имеет решающее значение для ограничения ущерба, созданного «российским вторжением». Политика Запада должна полагаться на невоенные инструменты политики, так как они до сих пор демонстрировали успех.

Незаменимой силой в этих усилиях остается Европа. Это значит, что Запад должен признать, поощрить и приспособить единство Европы. Трансатлантическое сотрудничество в борьбе с российской агрессией на Украине было «удивительным успехом» (!). Идея Запада, как международного актора и как центрального столпа либерального мирового порядка переживает ренессанс.

Использовав массовые экономические и финансовые санкции, а также неутомимую дипломатию, Запад помог Украине противостоять агрессии Москвы. Продвижение России на Украине было остановлено в результате совместных усилий Украины и ее западных покровителей.

Европейский союз и Соединенные Штаты проявили неожиданную степень единства и решимости в ответ на военные действия России на Украине. Эти действия усилили понимание того, что Украина является жизненно важной для внешней политики в интересах Запада.

В то время, как НАТО по-прежнему является важным условием и фоном западного успеха, Соединенные Штаты и Европа используют в основном невоенные инструменты политики. Наиболее важные из них — это экономическая помощь Украине, санкции против России, дипломатическая работа и в долгосрочной перспективе снижение западной и украинской зависимости от российской экономики. В то время, как участие США было важно, с самого начала Европа взяла на себя основную нагрузку в этом деле. Канцлер Германии Ангела Меркель сыграла центральную роль в создании и поддержании западной коалиции.

Совместным реагированием на российскую агрессию против Украины Европа и США создали прецедент для успешного трансатлантического сотрудничества по международным конфликтам. Станет ли история этого успеха отправной точкой для истинного возрождения Запада, это будет зависеть от способности США и ЕС придерживаться этого курса в отношении России и Украины в ближайшие месяцы и годы. В более широком смысле, успех будет определяться готовностью центральных акторов — США и ЕС перейти от кризисного управления к долгосрочному совместному стратегическому планированию по широкому кругу международных проблем.

Режим санкций ставит перед Москвой четкий выбор: либо уважать суверенитет Украины на Донбассе, либо принимать экономические потери. Западные санкции против России, скорее всего, сохранятся и в ближайшем будущем. Россия не будет отказываться от Крыма, и санкции Запада за Крым сохранятся. Россия заинтересована в снятии экономических и финансовых санкций, связанных с ее военным присутствием на востоке Украины, хотя условия Минска затрудняют это сделать.

Россия может извлекать выгоду из асимметричных стратегий, быстрого процесса принятия решений, а также стратегической внезапности. НАТО, в свою очередь, должно отвечать двойной стратегией. Североатлантический альянс должен улучшить надежную военную уверенность у своих восточных членов. Параллельно с этим, НАТО должно способствовать мерам, чтобы избежать непреднамеренной военной конфронтации и поддерживать шансы на сотрудничество с Россией в тех областях, где интересы обеих сторон перекрывают друг друга.

Ключевые уязвимости России.

Внутренняя политика России, устойчивость ее экономической и политической системы создают дополнительную неопределенность. Западный альянс должен быть готов иметь дело с неожиданными событиями в России.

1. У России нет друзей и союзников. Несмотря на активизацию китайско-российских отношений с момента присоединения Крыма, они не выходят за рамки прагматичного и инструментального партнерства и не являются прелюдией к более тесному союзу. Китай защищает Россию от полного воздействия западных санкций и дает ее режиму продолжение международной легитимности в то время, когда Запад стремится изолировать его. В то время, как Кремль стремится опрокинуть американское руководство глобальным порядком и содействовать формированию «триполярного» мирового порядка, Пекин предпочитает реформировать существующий порядок, чтобы удовлетворить свои экономические и геостратегические интересы.

2. Информационная война, которую ведет Россия, является подходом, рожденным из слабости, который, правда, обеспечивает большую гибкость в отношении соперника с гораздо большими экономическими и технологическими ресурсами.

3. Несмотря на желание Кремля восстановить влияние на своих соседей, экономические рычаги России в Восточной Европе уменьшаются. После более чем десяти лет использования ограничений торговли и энергетики для оказания давления на своих соседей, инструменты экономического принуждения Кремля теряют свою эффективность. Привлекательность российских предложений дешевого газа в обмен на политические уступки снижается. Производители в уязвимых странах Восточной Европы научились диверсифицировать свою торговлю.

3. Народные эмоции в России являются неустойчивыми. Внешняя политика как отвлечение от внутреннего застоя является опасной тактикой.

4. Российские элиты обеспокоены. Экономический спад, западные санкции, и полуизоляция последних двух лет ставят под угрозу личные и профессиональные интересы большинства среди высших и средних классов, научной и культурной элиты, топ рейтинговой администрации, а также малых и средних предпринимателей. Новый конфронтационный курс в отношениях с западными странами подрывает «контракт» Путина с элитами и средним классом: обогащайтесь, а остальное оставьте нам. Даже рост цен на нефть не обеспечит возврат к устойчивому росту и повышению заработной платы в ближайшее время.

5. Власть Путина покоится во внутреннем круге и на силовиках. Элиты за пределами внутреннего круга Путина исключены из процесса принятия решений. Большинство из элит остаются лояльными президенту, но они не доверяют конфронтационной стратегии Путина. Они могут много потерять от дальнейшего обострения внутриполитической ситуации и отчуждения со стороны западных стран. Величина представителей элит, обосновавшихся в западных странах и на Украине, должна волновать режим. Политический протест и экономическое сопротивление могут набирать обороты в России. Конфликты между различными олигархическими и силовыми группами могут стать более острыми и разрушительными. Западные правительства будут продолжать вести переговоры с нынешним руководством России, но им следует также взаимодействовать с альтернативными элитами.

Здесь в завершение, отметим от себя, что изложенные выше по тексту в разделе «Цели Запада в отношении России» условия капитуляции должны представляться российским элитам, не согласным с конфронтацией с Западом, весьма мягкими. России, фактически, предлагается экспертами из «Геополитической академии» фонда Маршалла вернуться в политический режим 1990-х годов. Ликвидация «возможностей» России, изложенных выше в соответствующем разделе, совсем не рассматривается экспертами.

Аналитическая редакция EADaily
Просмотров: 89 | Добавил: Тигра | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]